Кто определяет содержание моих уроков?

Приступить к размышлениям об образовательных технологиях хочется с описания двух коротких разговоров, случившихся у меня на уроке в этом учебном году.

Первый — ещё в сентябре. Приготовился к уроку: подобрал материал, подготовил задания, спланировал кто, что и как будет делать. И вот уже на уроке, стою, объясняю материал; пятиклассницы с первой парты смотрят на меня внимательно, пристально. «Можно спросить?» — обращается одна из них. «Конечно, можно», — отвечаю я. «А вы знали, что у вас на голове волосы чёрные, а брови рыжие?» Я улыбаюсь, киваю, говорю, что знал, а сам понимаю, что это не для них урок про информацию и восприятие информации, а для меня. Что там? «Информация по способу восприятия бывает визуальная, аудиальная, тактильная, вкусовая, обонятельная…» Но вот приходит человек к человеку, и воспринимают они прежде всего человеческое друг в друге.

Другой — на прошлой неделе. Я объясняю алгоритмы, как можно сократить количество команд, что-то о математике и оптимизации. И тут традиционный вопрос, где может это в жизни пригодиться. Я немного о жизни, об управлении самим собой и другими, а шестиклассница просит: «Можно ещё один вопрос задать?». «Да», — улыбаюсь я, а она спрашивает: «Почему вы с нами на «вы» говорите, мы ведь ещё не старые?»

Почему у меня слово «технология» ассоциируется с чем-то автоматическим, машинным, искусственным? Может быть, потому, что τέχνη и есть «искусство», в том числе и искусство ремесленника, создающего вещи искусные и искусственные? А образование для меня всегда что-то живое и порождающее, будь то образование гор или образование человека: в одном случае создаётся твердь, а в другом создаётся по образу и подобию. Пожалуй, благодаря этому я и могу понять образовательные технологии как искусство творца. Написал сейчас с маленькой буквы, а смыслом хочу наполнить таким, чтобы звучало с большой.

Итак, на уроке много может быть и приёмов чисто ремесленных, и организация учебного процесса — это сродни организации производства, где требуются свои инженеры, однако в школу, чтобы она была живой, должны прийти люди: дети, маленькие и большие, и взрослые, разные взрослые. Слишком холодно звучит единое образовательное пространство, кто привнесёт в него творческое разнообразие и сердечную теплоту?

Это первый вопрос, возникающий у меня в связи с размышлением об образовательных технологиях: «Кто?» Тот, кто боится «как бы чего не вышло»? Тот, кто жалуется на то «какое пошло поколение»? Тот, кто ненавидит «безграмотных начальников и необразованных чиновников»? Тот, кто плачет о «потерянном времени, утраченных ценностях и своих иллюзиях»?

Я преподаю информатику. Когда-то Андрей Александрович Берс рассказывал мне о своих учителях: об Алексее Андреевиче Ляпунове и Андрее Петровиче Ершове. Эти рассказы в студенческие годы определяют сегодня содержание моих уроков: математика и программирование. Некогда жаловаться на учебники и бумажные экзамены, надо успеть показать множество интересных идей и сделать вместе своими руками то, что без тебя сделано не будет. Именно поэтому можно смело отказаться от любого рекомендованного учебника из любого одобренного федерального перечня, потому что когда-то, академику Ляпунову приходилось поддерживать генетику и в домашних условиях «читать лекции по математической обработке результатов генетических опытов», не смотря на одобренное сверху учение товарища Лысенко.

В школе, где я сейчас работаю, информатика преподаётся со второго класса, и уроки проводятся в компьютерном классе, и лучший материал для практических занятий находится в Студии Кода. Планы уроков для большинства коллег, конечно, ещё нуждаются в переводах, как и уроки без компьютеров, однако, думаю, это то, что ждёт наших общих усилий: можно оттачивать свой английский, можно прибегнуть к помощи коллег; так когда-то сделали мы с моей коллегой, прекрасной учительницей английского языка Ксенией Юрьевной Агеевой, подготовив для ребят в летнем лагере совместные занятия по программированию и английскому языку для программирования. Уроки в Студии Кода настолько удобны для учителя, что очень важно не забывать к ним готовиться: где-то мы собираем код из готовых блоков и некоторых ребят нужно научить пользоваться специальными конструкциями ветвления и цикла, чтобы уменьшить общее количество блоков и сделать алгоритм проще и универсальнее, где-то ребят надо учить читать уже собранный код, показать, что это тоже текст, а в этом тексте могут быть свои ошибки, баги, которые хорошо бы уметь исправлять. На этих уроках дети могут и любят работать самостоятельно. Учить же надо видеть собственные трудности, умению попросить помощи учителя и одноклассника, умению эту помощь оказать, умению объяснить, как это делается, потому что простое «посмотри, как я это сделал и спиши» они могут и сами, и умению принять помощь тоже надо учить. Очень радует, когда ученики способны сказать: «Нет, я не буду смотреть ваш код, мне надо понять, как это сделать самому».

Навыки, полученные в Студии Кода, очень пригодятся при работе в среде Скретч. Дополнительный модуль к программе по курсу информатики для 5-6 классов и поурочные планы уже есть в авторской мастерской Людмилы Леонидовны Босовой, однако от каждого учителя зависит, какой модуль на его уроке будет основным, а какой дополнительным, а также какие ещё учебные материалы будут использованы для подготовки к урокам и рекомендованы детям и родителям. А здесь действительно есть, что рекомендовать. Пока мы c четвёртыми классами анимируем басни, учим Губку Боба играть в футбол, повторяем таблицу умножения, я смотрю в сторону специальных цифровых лабораторий для пятиклассников на уроках информатики и очень надеюсь, что в следующем учебном году они дополнят наши уроки информатики не только углублением математики, но и пропедевтикой физики.

Когда-то очень хорошие идеи и задачи были подготовлены Алексеем Львовичем Семёновым, Александром Калмановичем Звонкиным, Сергеем Константиновичем Ландо, Михаилом Николаевичем Вялым и другими в учебном курсе «Алгоритмика» для 6-7 классов. Этот курс прекрасно сочетается с использованием разработанным научно-исследовательским институтом системных исследований РАН комплектом учебных миров КуМир. Очень полезны и интересны методические разработки Константина Юрьевича Полякова, посвящённые работе в среде КуМир. Однако мой опыт пока говорит о том, что эти идеи и задачи частично можно и нужно воплотить с использованием языка Питон. Очень легко использовать уже готовые задачи, учебные тексты и методические рекомендации при изучении черепашьей графики. Ряд заданий для уроков я опубликовал на своём сайте и со временем надеюсь превратить это в цельный курс для шестиклассников.

А вот седьмые, восьмые и классы старше можно знакомить не только с хорошо зарекомендовавшим себя сайтом дистанционной подготовки по информатике, созданным при непосредственном участии московского центра непрерывного математического образования и многими ведущими учителями, руководителями кружков и тренеров команд по программированию, но и очень удобное платформой Степик, где можно воспользоваться уже готовыми учебными курсами (в том числе и для самообразования), например, для подготовки школьников к олимпиаде НТИ, или научиться создавать свои собственные уроки и курсы.

Кто подберёт самый интересный материал для своих уроков, кроме учителей и детей? Некоторые учебные материалы, которые действительно изменили и меняют мои уроки, посоветовали ребята: когда-то я благодаря пятикласснику Глебу отказался вести курс алгоритмизации и программирования на паскале в пользу питона, сегодня шестиклассник Ярослав активно просит ввести в курс информатики программирование микроконтроллеров.

Смелый учитель решится смотреть не только в учебный план, примерную программу и одобренный УМК, но и вокруг себя. Решительный учитель дерзает услышать голос разума, голос будущего в обращённых к нему словах детей. Дерзновенный учитель меняет то, что в силах изменить прямо сейчас. Но даже если ты смел, решителен, дерзновен, даже если подобранный тобой учебный материал нов и прекрасен, улыбнись снисходительно над самим собой: будущее глазами детей смотрит не только на твои чудесные предметы, но и на твои растрёпанные волосы, на посыпанные мелом кофты и пиджаки, на твои жесты дельного человека, на заставляющие задуматься о красе ногтей пальцы, будущее слышит слова, которые ты говоришь, вместе с интонацией, с которой ты их произносишь, в твоём взгляде оно видит твоё вдохновение, твою радость и, если что-то пошло не так, напишет тебе в записочке: «Не унывай!» Младое, незнакомое племя смотрит на тебя и вопрошает: «Почему вы нам говорите «вы», мы ведь ещё не старые?» Что мне сказать в ответ? «Оставь теперь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду», — улыбаюсь и говорю тебе: «Здравствуй!»

Логотип Учительской газеты

Прошлогодний снег

Прошлое, о котором хочу рассказать, началось не в прошлом году, а раньше, когда не стало ещё одного учителя, моего учителя, Фёдора Андреевича Селиванова. Словно город внезапно опустел: дома, качели, дороги, лавочки есть, а ничего больше нет, только память. Появилось свободное время, посвящённое до этого написанию диссертации. Ушла в прошлое аспирантура. Остались компьютерные курсы и работа в школе, хотя её почти не осталось. Там, на компьютерных курсах в упоровской школе, я узнал о грядущем конкурсе «Учитель года» и подготовке к нему. И вот, в ноябре, когда выпал снег позапрошлого года, я оказался среди учителей Тюменской области на подготовительных курсах.

Среди этих лиц я встретил старых друзей и новых. Благодаря им начал читать и писать. Прочёл «Вверх по лестнице, ведущей вниз». Написал о своих педагогических маяках. А чуть позже, когда снег уже стал прошлогодним, мы с ребятами из девятого класса начали знакомиться с визуальным программированием на скретч. Эти девятиклассники позволили мне стать участником городского этапа конкурса «Учитель года — 2013». Это была та их победа, которой они помогли своему учителю, хотя какой я для них учитель: в тот раз я сам учился у них бескорыстию.

В городских испытаниях появился «немецкий» друг. К сожалению, всё, что русскому хорошо, то немцу… нет уже испытаний, а unsere Freundschaft осталась, к счастью. Здесь победа была за учениками шестьдесят шестой. У меня не получился урок, а у них получился: урок поддержки, в которой нуждаются и вера, и надежда, и любовь. И мы говорили с ними о реальном и виртуальном, о родителях и зеркалах, о роботах и тестах, о жизни, которую каждый сам может прожить по любви.

На следующем этапе неожиданно изменились правила игры, и из-за этих изменений я стал участником конкурса «Педагог года Тюменской области — 2013». Отсюда в Подмосковье перекочует рассказ о моих учителях и учениках. Это те самые ученики, которые приходили на урок, мастер-класс, сидели в рядах зрителей; само их присутствие вдохновляло. Вдохновляли и библиотечные стены: со старших классов школы это моя библиотека, здесь начинал я вести компьютерные курсы. Здесь я набирался опыта у своих коллег, учеников, родителей, здесь жюри возложили на меня свои надежды и преподали мне урок ответственности. Это была победа организаторов конкурса, членов жюри и всех тех, кто принимал участие с интересом и любовью.

Подмосковье, которое началось в Москве, вернуло меня в мою профессию, в мир моих коллег и друзей. Конкурсные испытания, беседы, прогулки: всё это было удивительным праздником любви, любви к той, которая вдохновляла и вдохновляет. Её имя бережёт мою память, сдувает холод с души и призывает моё сердце жить.

О школьной форме

Вспомнил хорошие слова: «Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? <...> И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут… Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам».

Что-то не так, когда главный вопрос в школе это вопрос о зарплате и форме.

Здесь могла быть песня о платье в горошек

А здесь о цвете школьного пиджака

Однако в моём школьном детстве были другие песни.

И мысль была о том, что есть форма, которая самого носителя делала бесформенным: http://flibusta.net/b/281553

Воспитание ДНК

Воспитание духовно-нравственной культуры… Человек нуждается в пище, хлебе насущном, и в человеке есть нравственный стержень, на который он может опереться, его духовная ось. Воспитание в свете этого есть питание нравственного стержня в человеке. Поэтому прежде, чем приступить к воспитанию, учителю необходимо найти этот нравственный стержень, эту духовную ось. Проще всего отмахнуться и сказать, что в том или другом человеке нет нравственной опоры, но, во-первых, ищите этот нравственный стержень в самом себе, во-вторых, «просите, и дано будет вам; ищите, и найдёте; стучите, и отворят вам». Воспитывается духовно-нравственная культура словом и образом. Словесное образование, живой диалог — это обязательные составляющие воспитания ДНК. Это не столько уроки литературы, риторики, родного языка, сколько стиль общения и жизни ученика и учителя. Ничто не заменит ученику учителя: ни книга, ни радио, ни телевизор, ни компьютер. Не будет никакого учителя, если у него не будет учеников. Итак, воспитание ДНК состоится там, «где двое или трое собраны во имя Моё, там Я посреди них».

Платное и бесплатное образование

Две иллюзии. Органам власти кажется, что они предоставляют населению бесплатное образование. Родителям и их детям, студентам кажется, что они платят за образование. Работая в школе, учась в университете, я знаю, что платно, а что бесплатно. Но почему бесплатное образование кажется платным? Почему нельзя создать для людей абсолютно бесплатную школу? Я понимаю, что это будет не лучшая школа, но кто сказал, что лучшее — это норма? Разве нормальное, хорошее и лучшее не различимы нами? Школа может быть нормальной, не будучи при этом лучшей. Многим родителям хочется дать лучшее своим детям, но способны ли чиновники обеспечить лучшее образование бесплатно? Стоит ли нам с вами требовать это от них? Пусть они попытаются создать нормальные школы, обеспечивающие необходимое и достаточное образование и воспитание граждан. Я понимаю, что то, что достаточно для гражданина, может быть недостаточно для меня как личности, но это проблема, которую я должен решать как свободная личность. В наше время образование не привязано к школе или вузу, учиться можно всегда и везде. Конечно, за эту учёбу ты не получишь бесплатно аттестат или диплом (проверка твоих знаний другим человеком, да и сама бумага стоят денег), но в профессии тебе не нужны бумаги. «Ха-ха-ха!» — скажут мне (мягко говоря). Чтобы поступить в вуз, нам нужен аттестат, чтобы поступить на работу, нам нужен диплом. «Ха-ха-ха!» — скажу я (мягко говоря). Чтобы поступить в вуз, мне не нужен был аттестат, чтобы поступить на работу мне не нужен был диплом. В общем, если ты неспособен создать себе рабочее место сам, то скорее всего ты получил обычное, нормальное образование. Власти учат граждан и потом создают для них рабочие места. Но где здесь предприимчивость и стремление к лучшему? Итак, чиновникам лучше быть честными и признаться, что создание хороших и лучших школ — это не их обязанность, а если это иногда и получается (хорошие муниципальные школы существуют), то это выходит за рамки нормы. А в нормальной школе всё должно быть для родителя бесплатным: учебник, охранник, питание, фонд класса, ремонт, экскурсия, только не думайте, что бесплатным будет многое — это же будет нормальная школа, зачем здесь многое (в норме нет лучшего, как нет и худшего, всё в норме).
Уважаемый родитель, тебе не нравится такая норма? Тогда лучше создать другую школу, но ты готов платить за это? Платить за всё: за здание, за учителей, за парты, тетради, учебники, наглядные пособия, лаборатории, компьютерные классы, за библиотеку, за медицинский персонал, за питание, за походы и экскурсии, за безопасность и уют, за количество детей в классе не более (поставь своё число) человек, за контроль знаний и многое другое (готов ли определить это «многое другое»)? Многим ли из родителей приходится так платить за образование своих детей?
В жизни сложилось так, что у нас нет настоящего бесплатного образования (это иллюзия чиновников, потому что родители платят, пусть немного, но платят) и нет настоящего платного (это иллюзия родителей, которые не могут контролировать образовательный процесс, потому что почти не платят за него).
Эти мысли можно было бы превращать в исследование или бизнес, но это то, что нуждается в проговаривании и обсуждении. Через неделю очередная школьная зарплата как результат жизни в иллюзии: кому-то кажется, что он даёт достойное вознаграждение за учительский труд, а мне кажется, что большего никто и не заслуживает. Sapienti sat!