О школьной форме

Вспомнил хорошие слова: «Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? <...> И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут… Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам».

Что-то не так, когда главный вопрос в школе это вопрос о зарплате и форме.

Здесь могла быть песня о платье в горошек

А здесь о цвете школьного пиджака

Однако в моём школьном детстве были другие песни.

И мысль была о том, что есть форма, которая самого носителя делала бесформенным: http://flibusta.net/b/281553

Об учителе

Некоторые думают, что учитель — это человек, который может научить. И это правда, но это лишь возможный учитель. Не менее важно, чтобы у этого человека хотели учиться. И это правда, но это лишь желанный учитель. Учиться у своих учителей — особое умение. Редко кто овладевает этим умением в школе. Однако и в вузе не всякий способен учиться у своих учителей, потому что именно их он и не видит. Хорошо, когда учитель учит своих учеников. Но не лучше ли когда ученики учатся у своего учителя?

Вместе с этим есть и ещё один вопрос. Как увидеть своего? Мой учитель говорил, что его можно увидеть только с первого взгляда. Здесь всё, как в любви, которая и бывает только с первого и до последнего взгляда.

Перечень кораблей

Первого человека, от которого я услышал философические речи, зовут Василий Петрович Коротаев. Благодаря ему я узнал о мировоззрении, познакомился с Сократом, с историей и культурой. Помню анекдот, с которого началось знакомство с семиотикой:

— Что значит кольцо у девушки на безымянном пальце правой руки?
— Это значит, что она замужем.
— А что значит кольцо на безымянном пальце левой руки?
— Что она разведена?
— Нет, это ничего не значит. А что значат кольца на обоих безымянных пальцах?
— ???
— Это значит, что она замужем, но это ничего не значит.

Курс «Введение в философию» я слушал у Наля Александровича Хохлова, человека ума и чести. Благодаря ему я знаю о методе малых групп. Благодаря ему я получил возможность первой публикации в интернете. Запомнил о верификации и фальсификации, о смысле жизни, о человеческом отношении к человеку. Светлая память.

Санкт-Петербургский государственный университет

Антонов Тимофей Викторович. История античной философии. Благодаря ему есть возможность читать на древнегреческом и латинском языках.

Федоров Борис Иванович. Логика. Благодаря ему у меня есть любовь к логике, к точности и ясности высказываний. Борис Иванович для меня — образец университетского профессора.

Базулева Татьяна Леонтьевна. История немецкой классической философии. Благодаря Татьяне Леонтьевне я знаю, что значит учиться. Я слушал не просто лекции о Канте, это были настоящие штудии кантовских идей.

Бродский Александр Иосифович. История русской философии. Есть его книги, которые до сих пор хочется читать. Благодаря ему я знаю, что существуют интеллигентность и скромность.

Погоняйло Александр Григорьевич. История средневековой философии. Благодаря его лекциям я знаю об уме.

Шмонин Дмитрий Викторович. История философии Нового времени. Благодаря ему я знаю Франциско Суареса.

Мигунов Анатолий Иванович. Теория и практика аргументации. Благодаря ему я знаю, что такое карта аргументации.

Савчук Валерий Владимирович. Специальный курс «Эпистемология визуального образа в искусстве». Благодаря Савчуку я знаю, что философия может быть не только философией.

Савченкова Нина Михайловна. Аналитика чувственности. Благодаря Нине Михайловне я знаю об актуальном в философии.

Тульпе Ирина Александровна. Философия религии. Благодаря Ирине Александровне я знаю ценность не только ответу, но и вопросу.

Романова Ирина Константиновна. Философская антропология. Благодаря Ирине Константиновне я люблю смотреть кино. Благодаря ей библиотека моя стала больше, какие-то книги читаются, какие-то уже прочитаны. Одна из них «Истина и метод» Гадамера.

Акиндинова Татьяна Анатольевна. Эстетика. Благодаря Татьяне Анатольевне я знаю, что такое ценить своих учителей. Она рассказала не только об эстетике, но и о Моисее Самойловиче Кагане.

Соколова Лариса Юрьевна. История зарубежной философии XX века. Благодаря Ларисе Юрьевне я мог задавать вопросы о книгах, которые читал. Благодаря Ларисе Юрьевне я знаю, что отметку заслуживает не ответ, а человек который этот ответ держал.

Цыпина Лада Витальевна. Специальный курс о Сёрене Кьеркегоре. Благодаря Ладе Витальевне я знаю, что философия дело личности.

Три человека, которые мне помогли.

Гусев Станислав Сергеевич. Благодаря ему я защитил диплом, который так и не смог написать. Благодаря его доброму участию у меня есть alma mater.

Романенко Юрий Михайлович. Благодаря ему я знаю, к кому можно обратиться с вопросом даже сейчас, когда все лекции, семинары, экзамены и зачёты позади.

Шилков Юрий Михайлович. Мой научный руководитель. Благодаря ему я учился и закончил университет. Благодаря Юрию Михайловичу Шилкову я знаю многие имена перечисленные мною выше. Помню, на первом курсе Юрий Михайлович что-то рассказывал, открылась дверь и высокий человек позвал профессора Шилкова на заседание в Академию наук. Был какой-то ответ, дверь закрылась, Юрий Михайлович хотел продолжить мысль, но забыл на чём остановился. Подсказать же ему, конечно, никто не мог. «Сбил меня профессор Гусев!» — сказал Юрий Михайлович. Так я узнал имя человека, который через шесть лет будет меня спасать и воспитывать. Но Юрия Михайловича Шилкова спасти было некому. Светлая память.

Три философа, которых я имел честь слушать, которым имел честь сдавать экзамены, к идеям которых обращаюсь до сих пор.

Иванов Николай Борисович. Философские основы гуманитарного знания. Благодаря ему я знаю, что такое стиль и философия из первых уст.

Секацкий Александр Куприянович. Социальная философия. Благодаря ему я читаю современную философскую литературу.

Положенцев Андрей Михайлович. Философия и методология науки. У Андрея Михайловича я прочёл только «По лицу бездны». Настоящая философская книга, которую я рекомендую.

Почти месяц назад Василий Петрович познакомил меня с Фёдором Андреевичем Селивановым. Уже была одна встреча и одно занятие. Буду стараться у Селиванова. Помогай Бог!

Подготовка к экзамену. Вопрос первый

Посмотрел экзаменационные вопросы. Вопрос первый: «Что такое философия?» Традиционный вопрос. Но после (как, наверное, и до) философского факультета ответить на него не просто. Раньше (после лекций Василия Петровича) я бы сказал, что философия — это мировоззрение. Теперь не могу ответить так запросто, потому что и вопрос «Что такое мировоззрение?» требует своего ответа. Можно, конечно, сказать, что мировоззрение — это воззрение на мир, но что это за воззрение такое? Возможно ли воззрение на стол и стул, на лес, на поле, на восход солнца, на красоту любимой женщины? Не есть ли воззрение всего лишь взгляд? Есть много вещей, доступных (или недоступных) моему взгляду. Да, я могу посмотреть на стол и стул, на лес, на поле, на восход солнца, на красоту любимой женщины. На вещи я могу смотреть потому, что глаз мой не является вещью, на которую он мог бы посмотреть, он может, конечно, посмотреть на своё собственное отражение, но не на самого себя непосредственно. Красота любимой женщины тоже не является вещью, на которую смотрит глаз, поскольку, как мне известно со времён Антуана де Сент-Экзюпери, «самого главного глазами не увидишь, зорко одно лишь сердце». Но и женскую красоту я склонен признать свойством самой женщины, а не своего глаза или своего сердца. А раз так, то и вижу я только то, что мною не является и мне не принадлежит. Мир, на который мне предлагается взирать, тоже не является мной и мне не принадлежит. Но с ним вот какая заковыка: не есть ли я сам часть мира, не принадлежу ли я миру во всей своей полноте? Может ли часть взирать на целое? Что такое мир? Вот тот вопрос, который будет преследовать меня, когда я отвечаю, что философия — это мировоззрение особого рода. Философствовать, в таком случае, значит, не быть частью мира, занять по отношению к нему позицию одного порядка.

О некоторых концептуальных понятиях в педагогике

Под образованием обычно понимается процесс и результат усвоения знаний, умений и навыков. Однако в этом обычном понимании не учитывается, кем совершается этот процесс, а ещё менее определённым представляется слово «результат». Бесспорным, пожалуй, является то, что процесс усвоения различных знаний, умений и навыков совершается человеком. Без человека образование невозможно. Однако, что человек получает в результате? Только ли знания, умения и навыки? Нет. В первую очередь, все полученное человеком изменяет самого человека, он становится другим. Не есть ли результат образовательного процесса сам человек? Этот вопрос требует особого рассмотрения, но уже сейчас ясно, что если человек окажется результатом образовательного процесса, будучи при этом его непосредственным участником, то, говоря об образовании, необходимо говорить о гуманистическом (человечном) образовании прежде всего. Поэтому для данного случая договоримся при всех остающихся неясностях понимать под образованием процесс усвоения человеком различных знаний, умений и навыков, которые созидают человеческое в человеке.
Что понимают под воспитанием обычно, я даже затрудняюсь сказать, настолько различным оказывается употребление этого термина в рамках педагогики: это и процесс социализации, и процесс формирования личности, и воздействие на ребёнка, и много другое. Мне ближе оказываются подходы, где речь идёт о формировании личности. Каждый человек в той мере является человеком, в какой мере в структуре его личности проявляется нравственное начало. Это нравственное начало, этот духовный стержень является предметом заботы воспитателя и самого человека, занятого трудом самовоспитания. Эту заботу можно сравнить с заботой матери о своём ребёнке, всякий раз прикладывающей плачущего младенца к груди. Младенец плачет, нуждаясь в материнском тепле, материнском молоке. В подобной заботе нуждается и современный школьник, нуждается в нравственной теплоте сердца, в пище для ума, нуждается в заботе, способствующей его духовному, нравственному росту. Такую заботу я и называю воспитанием.
Под школой обычно понимают общественный институт, в рамках которого осуществляются образовательный и воспитательный процессы для детей определённого возраста. В общем соглашаясь с этим определением, мне бы хотелось напомнить, что школа имела свою историю. Историю эту необходимо время от времени напоминать себе, чтобы занятия в ней организовать максимально эффективно. Речь идёт о том, что когда-то в древнегреческой культуре слово это обозначало досуг, свободное время. Этим же словом стали обозначать занятия на досуге. Со временем школа изменялась, изменялись её структура и характер. Однако воздух свободы и досуга школе необходим и сейчас. Эффективной работа ученика и учителя будет тогда, когда они свободны в познавательном процессе, свободны продолжить учиться даже тогда, когда появляется свободное от уроков время.
О педагогических технологиях в наше технократическое время сказано очень много. Обычно слово технология используется тогда, когда говорят о производственном процессе. Именно в производстве технологии продемонстрировали свои успехи, и слово это перекочевало в другие сферы человеческой деятельности, появились технологии эффективного общения, технологии успешных продаж, бизнес-технологии, педагогические технологии. Наряду с этим заговорили об опасностях, таящихся в технологиях, опасностях, когда не столько человек использует технологию, сколько технология использует человека. Для существования и развития многих современных технологий оказались нужны особые люди. Не теряют ли они при этом некоторых своих изначально человеческих черт? Массовое производство знаний, массовое производство выпускников… В словосочетаниях этих есть что-то механически обездушенное. Однако и без технологий нельзя. На помощь в этой ситуации приходит понятие мастера. Именно мастер владеет технологиями. Рука мастера видна в его изделии. Педагогические технологии — это технологии мастера. В работе педагога нет места механистичности и обездушенности. Смотришь на ученика, говоришь с ним и понимаешь, что его учил настоящий мастер своего дела (хотя на другого посмотришь и понимаешь, не дал ему бог учителя, приходится бедняге всё делать самому).